В 1989 году, 23 июня наша страна отмечала 100 лет со дня рождения прекрасного поэта Серебряного века русской литературы Анны Андреевны Ахматовой. И именно в этот день судьба привела меня в Ленинград в храм, где её когда-то отпевали, а теперь чествовали её 100-летнию годовщину.

В этот день я оказалась в Ленинграде не случайно. Когда-то после окончания института уезжала в город Куйбышев по распределению на 3 года, а задержалась на 30 лет. Родители в Ногинске старели и слабели; непрерывный стаж для будущей пенсии я заработала; пора было возвращаться в Ногинск.

Это сейчас просто: в одном месте квартиру продал, в другом купил, а при Советской власти это была целая проблема. Надо было искать обмен. Риелторов тогда не было и я самостоятельно занялась подбором вариантов. Чтобы мне въехать в Подмосковье, я сначала выяснила куда люди из Подмосковья хотят выехать. Оказалось, что подмосквичи хотят выехать в столицы союзных республик, на черноморское побережье Крыма и Кавказа, и в Ленинград. Я решила искать тройной обмен через Ленинград, тем более, что там было у кого остановиться.

Здесь я должна сделать отступление. В Ленинграде жила моя старинная приятельница по туризму Наташа Пирвердян. Во время войны её семья жила в США, потому что отец Наташи служил по приёму военной помощи по системе  ленд-лиза из Америки. И Наташа ходила в американский детский сад, поэтому английский стал для неё вторым родным языком. Впоследствии Наташа закончила Ленинградский университет и работала в Эрмитаже. Когда её муж Самгин, служивший в отделе строительства Пулковского аэропорта, язвил по поводу её маленькой зарплаты, Наташа с гордостью отвечала: «Зато я работаю во дворце!».

Конец 80-х годов в нашей стране был необыкновенным. Это была горбачевская перестройка. Все толстые журналы печатали не издававшиеся много лет произведения, из письменных столов извлекались рукописи давно ждавшие своего часа. Кинематографисты, стряхивая 30-летнюю пыль, доставали с полок, отправленные туда кинофильмы. На телевидении появилось множество интереснейших программ: «Взгляд», «До и после полуночи», «6 этаж» и многие другие. На экране появилось много молодых ведущих, которые приглашали к себе в гости, выдающихся писателей и учёных, не имеющих ранее доступа на ТВ.

Среди них на экране часто стал появляться Лев Николаевич Гумелёв, сын поэтов Николая Гумелёва и Анны Ахматовой, который говорил, что он сидел в ГУЛаге два раза, до войны за отца, а после войны за мать, писатель, лингвист, этнограф, философ, историк и исследователь домонгольской руси. Он рассказывал поразительные вещи, но слушать его было несколько затруднительно, потому что его произношение было невнятным из-за нарушения артикуляции свистящих, шипящих и некоторых других звуков, но мне как дефектологу — сурдопедагогу — логопеду понимать его было легко. И меня всегда восхищали его глубоко содержательные выступления.

23 июня 1989 года по дороге в Ленинградское областное обменное бюро я зашла в храм, где шла торжественная служба в честь 100-летия Анны Ахматовой. Храм был переполнен. Меня поразила торжественность службы, ведь раньше учителям запрещалось посещать храмы и я присутствовала на таком богослужении впервые. Особенно меня поразила проповедь священника. Он говорил так, словно обращался к каждому из присутствующих лично.

После окончания службы люди долго не расходились. Вдруг я заметила среди присутствующих Льва Николаевича Гумилёва, 

в окружении группы женщин и подошла к ним. Он говорил с каждой, и та поблагодарив его, уходила. И в какой-то момент я оказалась одна напротив Льва Николаевича и, увидев его вопросительный взгляд, сказала ему:

— Лев Николаевич, я Вас поздравляю с этой торжественной датой от имени куйбышевских любителей творчества Вашей мамы Анны Андревны Ахматовой!

Гумилёв ответил:

Спасибо, мивая! — и поцеловал меня в одну щёку — жеваю Вам стать Самавой! — и поцеловал в другую щёку.

Я была поражена: как же он в Ленинграде знает, что мы в Куйбышеве боремся за возвращение городу прежнего названия Самара.

Я поблагодарила Льва Николаевича и поехала в Леноблобмен. Нужный вариант у меня сложился буквально через несколько дней. Словно, сыновнее благословение получила. И через год я переехала в Ногинск.

P.S. Нужно ли говорить, что оставшиеся дни в Ленинграде я не умывалась?..

Нэлли Маргулис, член Союза журналистов РФ.

Записала Елена Топчевская.